Травля — это не ссора и не «дети разберутся сами». У неё два признака: она повторяется и в ней нет равенства сил — один против группы или против того, кто сильнее и старше. Насмешки, бойкот, порча вещей, сообщения в чатах, толчки в коридоре — форма меняется, признаки остаются. Ниже — разбор одной сцены. Она про ребёнка-мишень, но у травли есть и другие роли, и для каждой — своя развилка.
Сцена
Девятилетний третью неделю просит остаться дома по понедельникам и «потерял» вторую шапку за месяц. В родительском чате вы случайно видите пересланный скрин: класс смеётся над его фотографией. На прямой вопрос «тебя обижают?» — «всё нормально».
От обстоятельств зависит, что делать. Сцена учебная — иллюстрация, а не реальная семья.
Что выяснить до того, как действовать
- Это повторяется — и силы неравны? Разовая ссора двух равных — конфликт, и с ним дети часто справляются сами. Повторяющееся давление одного или группы на того, кто не может ответить, — травля, и сама она не заканчивается.
- Какая роль у вашего ребёнка? Мишень, свидетель, который смеётся вместе со всеми или молчит, зачинщик. Роли разные — и действия родителя разные.
- Есть ли насилие, угрозы, интимные фото? Толчки и удары, угрозы расправы, распространение изображений — это меняет темп: не «поговорить с учителем на неделе», а сразу к администрации школы, а при угрозах и насилии — и в правоохранительные органы.
- Что уже сделала школа — и есть ли у неё порядок действий? Кто там отвечает за такие случаи, к кому обращаться письменно, какие меры предусмотрены.
- Чего боится сам ребёнок? Дети молчат не из упрямства: они боятся осуждения и того, что после вмешательства взрослых станет хуже. Этот страх реален, и его надо учесть в том, как вмешиваться, — но не в том, вмешиваться ли.
Развилки: что можно сделать и что это стоит
Если ваш ребёнок — мишень
Действие. Разговор без давления и без двух фраз, которые закрывают его навсегда: «сам виноват» и «дай сдачи». Дать понять: ты не один, разберёмся вместе, ты ни в чём не виноват. Фиксировать факты: даты, что произошло, свидетели, скрины. Со школой — спокойно и письменно: классный руководитель, затем администрация и школьный психолог, с просьбой о конкретных мерах и сроках. Не идти к обидчикам и их родителям напрямую. Параллельно — опора вне школы: друзья, занятие, где он на своём месте.
Цена. Время и настойчивость: школа может отрицать проблему, ребёнок — просить «не вмешивайся». Быстрого результата не будет.
За чем наблюдать. Прекратилось ли — по признакам ниже, не по словам «всё нормально». Если школа не реагирует, идти выше — в управление образования, письменно. При насилии и угрозах — правоохранительные органы, не откладывая.
Если он свидетель — смеётся вместе со всеми или молчит
Действие. Не стыдить. Объяснить, как это устроено: у травли есть роли, и смех, лайк под фотографией, пересланный скрин — это топливо, без которого она гаснет. Показать, что можно сделать без риска для себя: не смеяться, отойти, увести того, кого травят, написать ему «это не нормально», сказать взрослому. Это не «ябедничество» — это защита человека.
Цена. Страх потерять место в группе — настоящий, и требовать от ребёнка геройства нельзя. Достаточно перестать быть топливом.
За чем наблюдать. Начинает ли рассказывать о происходящем сам. Появляется ли в его рассказах «мы» и «он» вместо «все».
Если он зачинщик
Действие. Не оправдывать («так устроен мир», «его довели») и не унижать в ответ. Последствие плюс исправление вреда — извинение делом, а не словом под давлением. Выяснить, что стоит за этим: статус в группе, страх самому оказаться мишенью, копирование того, что он видит дома или в сети. Со школой — вместе, а не против неё.
Цена. Признать это при других родителях и учителе. Отрицание — единственное, что гарантированно делает хуже.
За чем наблюдать. Повторяется ли. Жестокость к тем, кто слабее, и к животным, которая не останавливается после ваших вмешательств, — повод для специалиста.
Готовых фраз здесь нет намеренно: слова у каждой семьи свои. Смысл у всех трёх развилок один — систематическую травлю ребёнок один не останавливает; её останавливают взрослые и группа.
Что может стоять за этим
- Травля — групповой процесс. Она держится не на одном зачинщике, а на тех, кто помогает, подкрепляет смехом и молчит. Поэтому «разобраться с обидчиком» редко помогает, а изменение поведения группы — помогает.
- Статус. Для зачинщика и подкрепляющих это способ занять место в иерархии класса; для свидетелей — не потерять его.
- Дети не рассказывают. Боятся осуждения, ярлыка «слабак» и того, что после вмешательства станет хуже. Признаки ниже — важнее прямых вопросов.
- Онлайн стирает границу «школа — дом». Чаты и фото делают травлю круглосуточной и видимой всем, поэтому так остро реагирует ребёнок на телефон.
Что известно из исследований
У травли есть роли — и большинство детей в ней не «зачинщик» и не «жертва»
Кто и на ком. Кристина Салмивалли с коллегами, 1996, Aggressive Behavior. 573 финских шестиклассника 12–13 лет.
Что нашли. Помимо жертвы и зачинщика, в травле есть помощник, подкрепляющий (смеётся, смотрит, подбадривает), защитник и сторонний наблюдатель. Роли связаны с положением ребёнка в группе; мальчики чаще оказывались зачинщиками и подкрепляющими, девочки — защитниками и сторонними.
Чего это не доказывает. Одна страна, один возраст, самооценки и оценки одноклассников. Работа объясняет устройство травли, а не даёт рецепт.
Сверстники почти всегда рядом — и когда вмешиваются, чаще всего это работает
Кто и на ком. Линн Хокинс, Дебра Пеплер и Венди Крейг, 2001, Social Development. Наблюдения за травлей на школьных площадках, 58 детей 1–6 классов, которые вмешивались.
Что нашли. Сверстники присутствовали при 88% эпизодов травли, вмешивались в 19%; вмешательство останавливало травлю в 57% случаев. Обращённое к зачинщику чаще было агрессивным, обращённое к жертве — нет.
Чего это не доказывает. Наблюдения на площадках одной страны; про онлайн-травлю — ничего. Но это главный аргумент второй развилки: свидетель — не зритель.
Школьные программы против травли снижают её — умеренно, но надёжно
Кто и на ком. Ханна Гаффни, Мария Ттофи и Дэвид Фаррингтон, 2021, обзор Campbell. 100 оценок программ, дети и подростки 4–18 лет в разных странах.
Что нашли. Программы снижают травлю примерно на 18–19%, а виктимизацию — примерно на 15–16%.
Чего это не доказывает. Данные в основном по самоотчётам детей: часть эффекта может быть изменением того, о чём сообщают, а не поведения. Разброс между программами большой. Для родителя вывод практический: у школы должен быть порядок действий, и спрашивать о нём — нормально.
По возрастам
| Возраст | Что меняется |
|---|---|
| 5–7 | Чаще исключение из игры и обзывания, чем систематическая травля. Взрослые рядом — и способны остановить сразу; это возраст, когда учат «сказать взрослому — не ябедничество». |
| 8–11 | Разбор выше — про этот возраст. Травля становится групповой и связанной со статусом; дети перестают рассказывать. Признаки важнее вопросов. |
| 12–14 | Переходит в чаты и фото, становится круглосуточной; риски выше, роль сверстников — решающая. Родителю важнее сохранить канал, чем немедленно «разобраться». |
Где влияет культура. «Дай сдачи» и «не ябедничай» — где-то норма, где-то нет; отношение школы к жалобам родителей тоже разное. Развилки выше с этим не спорят: систематическую травлю ребёнок один не останавливает, где бы он ни учился.
Признаки, по которым видно, что что-то не так
- Поведение. Стал замкнутым, раздражительным, часто грустит, потерял интерес к учёбе.
- Тело. Головные боли, боли в животе, бессонница без видимых причин; просьбы остаться дома в конкретные дни.
- Вещи. «Теряет» школьные принадлежности и деньги, возвращается с порванной одеждой или сломанными вещами.
- Общение. Избегает разговоров о школе и о друзьях; его не зовут на дни рождения и в чаты.
- Телефон. Боится заходить в сеть или сидит там часами подавленный, удаляет сообщения, нервничает после прочтения.
Когда действовать немедленно
Если есть физическое насилие, угрозы расправы, распространение интимных изображений — сразу к администрации школы и в правоохранительные органы; фиксируйте доказательства. Если ребёнок говорит, что не хочет жить, или причиняет себе боль, — это экстренная помощь сегодня, а не разговор со школой на неделе. Как вести сам разговор с ребёнком в остром состоянии — в материале об эмоциональном интеллекте; о том, как отличить ссору от травли между братьями и сёстрами, — в разборе про ревность.
Источники
- Salmivalli C., Lagerspetz K., Björkqvist K., Österman K., Kaukiainen A. Bullying as a group process: Participant roles and their relations to social status within the group. Aggressive Behavior, 1996, 22(1), 1–15. doi:10.1002/(SICI)1098-2337(1996)22:1<1::AID-AB1>3.0.CO;2-T
- Hawkins D. L., Pepler D. J., Craig W. M. Naturalistic Observations of Peer Interventions in Bullying. Social Development, 2001, 10(4), 512–527. doi:10.1111/1467-9507.00178
- Gaffney H., Ttofi M. M., Farrington D. P. Effectiveness of school-based programs to reduce bullying perpetration and victimization: An updated systematic review and meta-analysis. Campbell Systematic Reviews, 2021, 17(2), e1143. doi:10.1002/cl2.1143
Сцена в разборе — учебная иллюстрация, не реальная семья. Материал не заменяет очной консультации специалиста и не является юридической консультацией.